(no subject)

Собираюсь на занятия. Жизнь продолжается. А в сумке, которую я вчера бросила у порога, две книжки. Одну меня попросили передать Ире в подарок от автора. Вторую - "Размышление о псалмах" Льюиса - я купила для нее по ее просьбе в "Кентавре". И собиралась вечером позвонить ей по скайпу, показать книжки и договориться о встрече. Мы с ней не виделись почти 2 недели, только переговаривались. Последний раз - в воскресенье. Совсем последний.

Горе

Скончалась внезапно сегодня ночью моя близкая подруга и коллега Ирина Степановна Приходько. Ни умом, ни душой не могу вместить, не могу поверить. Упокой, Господи.

Голос из блокадного Ленинграда

Маленький цикл Дмитрия Евгеньевича Максимова (он менял псевдонимы - Игнатий Карамов, Иван Игнатов), написанный в блокадные ночи. Стихи совсем не гармоничные, без катарсиса (или - все-таки просветление есть?), они мало кому нравились. Но это - подлинный голос ОТТУДА.

Иван Игнатов (Д.Е. Максимов)

СТИХИ, НАПИСАННЫЕ В ТЕМНОТЕ
Война
Декабрь 1941 г. Ленинград. Ночью
под ватником в стационаре
на Васильевском острове. Душа,
защищаясь, прикидывалась деревянной.
Света не было.
1
Она разводит паучков ,
Они висят над головой,
Головки виснут над землей.
И странен очерк синевы
В сетях паучьей головы.

Она бездонные глаза
Моих померкнувших домов
Заткала белыми крестами.
И от полей со всех концов
Тянулись шеи пришлецов.

Она пожрала нашу кашу
И опустели души наши.
А наши бабушки и дочки
Свернулись в белые комочки.

Она надела полушубки
На нас. И мы от этой снежной рубки
Летим по ветру, как скорлупки.
И плачут девушки-голубки.

Знай! Не свернув себе салазки
Она еще расскажет сказки.

2
* * *
Не хватило тете каши,
И под шубой чуть дыша,
Мы увидели с Наташей,
Как скорбит ее душа.

Как налезли воры, тати,
Сели к тете на кровати,
Как явились палачи,
Отобрали калачи.
Так на зов из тьмы безмерной
Друг пришел нелицемерный.
И она смежила вежды.
Не взглянула тетя зря,
Как несли ее к надежде
На щите богатыря.
Не взглянула, не хотела,
Не слыхала, как орлы
В невозбранные пределы
Разносили ей хвалы.
Как три брата-океана
Лили слезы у дивана,
Там, где я теперь стою,
Где в потемках вспоминаю
Тетю милую мою.
3
* * *
Полуоткрыли.
Хватило сил.
За бури были
Перевалил.

С таких недугов,
С таких потерь
Ты в сердце друга
И в рай поверь.

С такого бденья,
С таких обид
Уже решенье
Судьбы гремит.

И наши души
С таких утрат
Какие суши
Не озарят?

И без тревоги
Бредя домой,
Дотянешь ноги
Уже другой.
1942. Чердак. Противовоздушная оборона.

(no subject)

"Бабушка, у меня к тебе очень серьезный вопрос. Ты стараешься сохранить свою молодость, бодрость и энергию?" (Господи, ну где он нахватался, без радио и телевизора!). - А потом уже тревожно: "Ты не будешь больше болеть? Ты не умрешь?". - Давать неисполнимые обещания не люблю. Но пришлось дать немедленно.

Предновогодний фарс

Вчера под вечер оказалась на рынке на Пражской. Сумка потяжелела, и я решила разориться на такси. Таксист - пожилой грузин -немедленно... принялся меня сватать! Он такой замечательный! И у него трехэтажный дом в Гаграх. И машина новая. И не гуляет (оно и видно!), и не пьет. А вот разведен и плохо одному. Назвал возраст: моложе лет на 8. В полумраке меня, очевидно, плохо рассмотрел, а я сидела сзади. Сначала я мягко пыталась ему объяснить, что я ему не подхожу. Завелся. "Тебе что, дети не разрешат?" - Начинаю смеяться. - "Ты работаешь? Как детям не стыдно, разрешают тебе работать! У меня ты работать не будешь!" - Смеюсь уже до слез. - "Ну чем я тебе плохой?" - Обычно я никогда не говорю, где и кем работаю, но тут решила сказать. - "Ну и что? У меня два высших образования"... Подумал... "А вообще ты неправду сказала. Была б ты профессор, на рынок бы не ходила. У тебя бы домработница была". - И в финале, высаживая у дома: "Пожалеешь ведь, зайка!"

Год назад - и снова 10 желаний.

Год назад был флэш-моб в Живом журнале: 10 пожеланий на грядущий год. Вот как было у меня:

1. Чтобы все близкие были здоровы - не все и не всегда.
2. Чтобы сын нашел хорошую работу вместо утраченной школы в ЮБ. - Пока не все сложилось.
3. Чтобы устоял наш РГГУ. - в этом году устоял. Но тревога остается.
4. Чтобы сохранились академические институты, и наш ИМЛИ, конечно, с ними вместе устоял. - Мораторий на год. И очень тревожно.
5. Чтобы вышел наш 6 том драматургии Блока. - Том прошел корректуру. Обещают выпустить в феврале.
6. Чтобы наш семинар собрал первый труд по теории жанров. - ДА!
7. Чтобы я составила словник Блоковской энциклопедии. -Да. Но непонятно, в нынешней ситуации, сможем ли осуществить.
8. И написала для Польши книжку о Блоке. - И написала, и книжка вышла!
9. И снова увидела море. - увидела. Но не Средиземное, как хотелось, а Балтийское. И все равно было прекрасно.
10.И чтобы сбылась поездка в Италию. - Не сбылась. Зато были Эстония, Латвия, Париж и Польша.

Ну что ж. Неустойчивое равновесие. Вообще год был полон крайне неприятными - с неприятными разрушительными перспективами! - событиями. Но главным событием года в моей личной жизни, после которого все как будто стало гармонизоваться, стало рождение младшего внука в конце октября. И как-то после этого все просветлело. Нет, плохое не исчезло. Но стал ощущаться какой-то светлый полюс. И еще были прекрасные недели в Польше, и общение с коллегами и друзьями, и чудесные 3 дня в Кракове.
Еще радость - новые знакомства и дружбы. Одно из них должно было бы состояться лет 30 назад, а случилось вчера! И это был праздник.

А на будущее?

1. Чтобы все были здоровы.
2. Чтобы сын все-таки нашел более стабильную работу.
3. Чтобы выжил РГГУ.
4. Чтобы выжили с наименьшими потерями ИМЛИ и вообще академические институты.
5. Чтобы сбылась поездка в Германию в июле.
6. Чтобы чаще видеться с друзьями, а то ведь - "жизнь короткая такая".
7. Чтобы том драматургии Блока вышел!!!

И, пожалуй, больше ничего и не придумывается. Ну, мне хочется, чтобы из воздуха ушло безумие, но это ведь - все равно что небу кулаком погрозить. Наверное, единственное спасение от этого - не пускать это безумие в собственную маленькую жизнь. Просто каждому в отдельности.
С наступающими праздниками! И пусть жизнь будет добра ко всем нам!

(no subject)

Во времена оны, когда я была секретарем диссертационного совета, пришлось убедиться, что накануне защиты у соискателей напрочь сносит крышу. Оторопь на пустом месте и задаваемые абсурдные вопросы - это просто сюжет для книжки. Я когда-то и собиралась написать нечто под названием "А скажите, Дина Махмудовна..." При этом вне предзащитных обстоятельств человек может отличаться трезвостью, рациональностью и даже незаурядным интеллектом. Очевидно, очень уж дурная аура у всей этой процедуры, если даже такие люди бывают поражены чем-то похожим на временное безумие.

"Несвоевременные мысли"

Я рада, что закончилось совершенно несоразмерное по жестокости наказание Толоконниковой и Алехиной. Я рада, что они на свободе.
Но - хоть убейте! - мне совсем не по душе, что они в первый же день после выхода на свободу объявили, что хотят повторить свой панк-молебен.
Если они хотят проделать это на улице или в светском помещении, - это уж как выйдет. Но если они опять желают повторить это в храме, то мне это очень не нравится. Надеюсь, это просто такой... "выхлоп" после внезапной перемены участи.

Самсон Наумович Бройтман

Уже 8 лет как он ушел. Я у него училась. Потом мы много лет дружили. И не было у нас с Н.Д. человека ближе. И утраты горше. Сначала он дружил с нами порознь. Потом познакомил. И получилось то, что получилось. Мне с ним всегда было легко, и я всегда радовалась, когда получала ответ на свои находки или когда мы вместе думали - вдвоем, втроем, а потом в наше трио вошла и Нина Сергеевна, с которой он был счастлив в последние годы жизни. Он удивительно умел отвечать и очень ценил живую мысль. И если он говорил мне: "Здорово!", меня уже кто угодно мог обругать любыми словами, я знала, что получилось как надо. Светлая память! Для меня он всегда будет живым.